Эксклюзивная одежда из тканого полотна

Фирая Сергеева, Алексеевская ФХТ: «Мы пытались пройти в «Бахетле», в «Эссен» писали письма. Туда невозможно залезть»

Оказавшись на ткацкой фабрике единственной сотрудницей с высшим образованием, Фирая Сергеева возглавила предприятие, когда заболел прежний директор. Чтобы сохранить предприятие после исчезновения госзаказов в 90-е, она по бартеру выменяла сливочное масло на пряжу. Для дальнейшего поддержания жизни открыла при предприятии кафе и парикмахерскую и сдавала площади в аренду. Сегодня фабрика продолжает выпускать сотканные вручную изделия изо льна и хлопка. О том, почему так трудно войти в крупные торговые сети, почему госзаказы доступны только крупным предприятиям и кто из знаменитостей купил сувенирную продукцию фабрики, рассказала директор и основной владелец Алексеевской фабрики художественного ткачества Фирая Сергеева в интервью «БИЗНЕС Online».


«Изюминка нашей фабрики — народные промыслы, ручное узорное ткачество»

«МУЖЧИНА ЗАКАЗАЛ 10 ЛЬНЯНЫХ МАЕК, ГОВОРИТ: Я НОШУ ТОЛЬКО НАТУРАЛЬНОЕ»

— Фирая Мирзаяновна, а много вообще в современной России таких фабрик, как ваша, которые занимаются художественным ткачеством?

— В России всего три таких предприятия. Наше самое старинное. В Нижегородской области с 1974 года работает Шахунская фабрика. В Череповце сохранилась фабрика «Красный ткач», она зародилась в 1931 году. У них по 6 - 8 ткачих осталось. У Шахуньи даже своего помещения нет, они арендуют подвал. Москвичи выкупили их здание.

— То есть в России всего три производителя, и у других ткачих еще меньше, чем у вас?

— Да, получается, что мы самые крупные (смеется). У них объемы не больше наших, на выставках мы с ними встречаемся. Вот в Шахунье отличный художник Тамара Алексеевна. В их изделиях чувствуется рука художника. Но могу сразу сказать, что мы с ними не конкуренты. Россия большая: они там, мы тут. Каждый на своем месте.

— Новые фабрики вашего профиля появляются?

— А как? Наша фабрика уже 100 лет существует. Кто-то может, конечно, купить станок и дома начать ткать.

— Сейчас есть мода на экологичную одежду, на здоровый образ жизни, на правильную еду. В связи с этим растет спрос на вашу продукцию?

— В последнее время покупатели спрашивают изделия изо льна или хлопка. Так, на последней выставке в Москве зимой мужчина заказал майки из льняного полотна, говорит, что носит только натуральное. По приезде мы соткали ткань, сшили 10 маек и вот на днях отправили в Москву. Также у нас берут рубахи, сарафаны, юбки. К лету разработали пляжные сумочки, шляпы. Они нравятся покупателям. Думаем развиваться в этом направлении.

«Станки до того старые, что они уже как кость затвердели. Им лет 50 точно есть»

«У НАС В ПОДВАЛЕ КОНДЕНСАТ, РАБОТНИКИ ГОВОРЯТ, ЭТО ПЛАЧЕТ МАКАРИХА»

— Фабрика берет свое начало в 1927 году. Расскажите об основных этапах ее становления и развития.

— Историю Алексеевской фабрики художественного ткачества можно начать с ХIХ века, когда богатая купчиха Макариха, как ее называли в народе, основала небольшое прядильное производство, где женщины пряли пряжу, а она ее продавала. До сих пор сохранилось старинное здание с подвалом. Во время революции Макариху убили, и когда на старинных толстых стенах бывшего склада фабрики, который раньше находился в подвале, появляются капли воды от конденсата, работники говорят: «Это плачет Макариха...» Однако годом основания фабрики считается 1927-й, когда на производстве появились первые ткацкие станки, была создана артель «Ударница» с вязальным, прядильным, шапочным и трикотажным цехами. А во время Великой Отечественной войны, когда возникла острая потребность и в других товарах, были открыты спичечный, прищепочный, одеяльный цеха, выпускались подшлемники для танковых войск, варежки, перчатки, шапки, теплые носки. Позже из комбината выделились несколько самостоятельных производств.

Я пришла на предприятие около 30 лет назад главным бухгалтером. Тогда на фабрике было 300 рабочих, ткачихи работали в две смены. Продукция была очень востребована, по железной дороге ее отправляли в разные города нашей страны: Ивано-Франковск, Волынь, Грозный, Белгород и другие. Выпускались тогда дорожки, покрывала, пледы, портьеры. В месяц перерабатывалось по 10 - 15 тонн пряжи, а сейчас мы и в год столько не перерабатываем. Сейчас мы перешли на сувенирную продукцию, которая требует меньше сырья. Рынок значительно изменился, и наши дорожки, конечно, не столь востребованы, так как много китайского ширпотреба.

«Производственные и административные помещения находятся на втором этаже, первый решили сдать в аренду. Открыли парикмахерскую, кафе «Апельсин»

— Как удалось сохранить фабрику в 90-е?

— В 90-е годы было очень непростое время, как и многие предприятия, мы остались без заказов, произошло сокращение рабочих. Фактически на фабрику можно было повесить замок, не было сырья и не на что было его купить. Денежный оборот был сведен к минимуму, все менялось по бартеру. Когда я стала директором, нужно было что-то делать. При содействии главы района Алексея Ивановича Демидова фабрике было выделено 2 тонны сливочного масла, произведенного на Алексеевском молокозаводе. Демидов нам сказал: «Как хотите восстанавливайте фабрику! И чтобы минимум 100 рабочих на предприятии было». Деваться было некуда. Нужно было как-то доставать сырье, возобновить работу. Я позвонила в Кострому на льнокомбинат, с большим трудом они согласились взять 500 килограммов этого масла, а другие 500 предварительно сначала обменивали в кондитерской фабрике «Заря» на конфеты и пряники, в химкомбинате имени Вахитова — на мыло и порошок, а потом уже все это выменяли на 2 тонны пряжи. Вот такие были времена...

Затем стали работать над ассортиментом, съездили на выставку в Чебоксары, сделали набор в едином стиле, раньше ведь салфетку, например, с одним узором и расцветкой выпускали, скатерть — с другим. Задумались над упаковкой, чтобы товар был красиво подан, а то ведь раньше если нужен был подарок кому-то, то его просто клали в целлофановый пакет.

В 1991 году на предприятии зародился швейный цех. Начали шить халаты, спецодежду, рукавицы, автополога, постельное белье. Снабжали предприятия района спецодеждой.

Сейчас, конечно, предприятие уже другое, производственные и административные помещения находятся на втором этаже, первый решили сдать в аренду. Общая площадь предприятия составляет 2 тысячи квадратных метров. Мы открыли парикмахерскую, где есть ежедневная стабильная выручка. Образовано кафе «Апельсин», которое является самостоятельным юридическим лицом. Благодаря арендаторам имеются средства, которые направляем на оплату электричества. К очередному юбилею фабрики на первом этаже нашего здания открылся художественный салон. Центральное место в салоне занимает старинный станок, который сделан без единого гвоздя. Когда приходят посетители, они могут посмотреть процесс ткачества, получить мастер-класс. В салоне представлены все наши изделия, а также сувениры мастеров России. Свою продукцию мы показываем и продаем на различных выставках, фольклорных праздниках.

«В ЗИРЕКЛИНСКОМ МУЗЕЕ 300 РАЗНЫХ ПОЛОТЕНЕЦ — БОГАТЕЙШИЙ МАТЕРИАЛ»

— Каких, например?

Ежегодно в Москве проходят выставки народных промыслов в экспоцентре «Зимняя ладья» и «Весенняя ладья», стараемся не пропускать эти выставки. В Петербурге проходят выставки «Подарок Петербургу», «Белые ночи», стараемся попасть туда. Так же фестивали в Саранске, Перми, Самаре, Кирове, Волгограде, Ростове. В мае непременно это «Каравон» в Лаишевском районе. У нас в районе набирает обороты фестиваль колокольного звона «Алексеевские перезвоны», где мы являемся участниками. Летом 2013 года ездили на фестиваль в Нижегородскую область в город Семенов, надеемся, что сможем поехать и в этом году. Сабантуи районные, республиканские, также федеральные проходят с нашим участием. Мы были на Сабантуе во Владивостоке, в деревне Гали Самарской области, в Пермском крае, Сабантуе в Казани для гостей Универсиады.

Сотрудничаем с музеями республики. Изучаем музейные тканые изделия. Так, Национальный музей заказывает нам изделия в старинном стиле. Это половики, полотенца, рушники. В музее хлеба в Болгарах, музее Тукая в Арском районе можно встретить наши изделия. Очень много тканых изделий в Зиреклинском музее Новошешминского района, руководит которым наш друг Газымов Мидхат Гарифович — человек, любящий свое дело. В музее бережно хранятся более 300 полотенец, все разные, множество половиков, намазлыков. Для создания новых изделий это богатейший материал!

На выставках мы заключаем договора по сбыту продукции в сувенирные магазины, также получаем единичные заказы. У нас заказывают рубахи, сарафаны, именные рушники. В ткацком цеху трудятся 10 ткачих, хотя больших прибылей от этого производства нет, мы бережно сохраняем этот вид народного творчества. Кто знает, может, придет время, и нам придется расширить его, дополнительные станки у нас есть, а обучить ткать можем сами. Ткачихи у нас все опытные, любят свою работу, даже песни поют, когда ткут, ведь в свое время фабрика славилась своим хором.

— Фабрика была государственной. При каких обстоятельствах она перешла в частную собственность?

— В 1993 году фабрика акционировалась. Как открытое акционерное общество мы работали несколько лет. В 90-е годы фабрика переживала финансовый кризис, началась процедура банкротства, она была выкуплена на аукционе сегодняшними учредителями, которые стараются сохранить наше предприятие, сохранить ткачество, коллектив.

«МЫ ПЫТАЛИСЬ ПРОЙТИ В «БАХЕТЛЕ», В «ЭССЕН» ПИСАЛИ ПИСЬМА. ТУДА НЕВОЗМОЖНО ЗАЛЕЗТЬ»

— Что у вас со сбытом?

— Точки сбыта продукции мы находим на выставках, раздаем рекламные буклеты. В Казани наши изделия имеются в одном из сувенирных отделов ЦУМа, в магазине сувениров на улице Чернышевского, в Кремле, в ресторанном комплексе «Усадьба Сабитовых», где можно увидеть станок и посмотреть процесс ткачества. Мы даем товар на реализацию с отсрочкой платежа.

Мы пытались заходить в крупные торговые сети, туда невозможно залезть. Мы пытались пройти в «Бахетле», в «Эссен» писали письма. Там нужно платить большие взносы, нужно платить за полку. Года три назад разовый взнос составлял 300 тысяч рублей. Столько нужно заплатить только за то, чтобы с нами согласились работать. Для нас это неподъемная сумма.

— Когда собираетесь открыть магазины в Свияжске и Болгаре?

— Скорее всего, это будет не открытие магазина, а аренда определенной площади с установкой станка, демонстрацией ткачества и продажей изделий.

— Какая доля продаж приходится на фестивали и Сабантуи и какая — на ваши точки продаж?

— Если говорить о продукции ручного ткачества, 30 процентов продается на выставках, фестивалях, 30 процентов реализуется в районе на районные мероприятия — это чествования ветеранов, молодых семей, 8 Марта, Сабантуи. Выставок проходит очень много, но не на все мы можем поехать, ведь это дорогая аренда, стоимость гостиницы. На организованные через ассоциацию народных промыслов выставки мы ездим.

— Назовите самые интересные проекты. Может быть, вы участвовали в реконструкции костюма?

— Для ансамбля песни и пляски мы делали костюмы. Художница Наиля Кумысникова привозила нам эскизы. Оформляли магазин хлеба в Альметьевском районе в народном стиле, проект курировало ОАО «Татнефть».

— Рекламу даете?

— Ежегодно выпускаем буклеты и раздаем на выставках. Участвуем в республиканских смотрах, конкурсах «Татар кызы», «Татар егете» — изготавливаем призы, наградные ленты. По телеканалу ТНВ в передаче «Аулак ой» дарят наши сувениры.

— К Универсиаде в Казани какой набор выпускали?

— К Универсиаде готовились заранее. Разработали несколько изделий с логотипом Универсиады. Заказали упаковку. Закупали голограммы. В дни Универсиады мы торговали в самой Деревне Универсиады и на площади возле Дворца земледелия.

— На какую сумму во время Универсиады вы реализовали продукцию?

— Во время Универсиады покупали в основном дешевые, необъемные изделия. Покупали сумочки с символикой, салфетки. Выручка была небольшая, около 130 тысяч рублей. Но это была и реклама, и знакомство туристов с процессом ткачества.

«РЕНТАБЕЛЬНОСТЬ ЗАКЛАДЫВАЕМ 10 - 15 ПРОЦЕНТОВ В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ИЗДЕЛИЯ»

— Сколько стоят ваши изделия?

— Стоимость наших изделий зависит от трудозатрат. Ведь одно полотенце можно соткать за один день, для более сложного потребуется неделя, отсюда и цена. Рентабельность закладываем 10 - 15 процентов в зависимости от изделия.

Салфетка, например, стоит 55 рублей. Полотенце стоит от 500 рублей до 5 тысяч. Делаем подарочные наборы. Есть и за 470 рублей набор — кухонные полотенца, 6 салфеток. Есть по 3600 рублей большой набор «Белоснежка». Платья у нас стоят от 1,5 тысяч рублей до 3 - 4 тысяч. Рубашки стоят примерно столько же. Скатерти от 600 рублей. Есть люди, которые оформляют дачу в русском стиле — занавески, скатерти заказывают. У нас Людмила Рюмина покупала продукцию, Иосиф Кобзон покупал наш набор. Свои изделия мы даже представляли в Государственной Думе в Москве, тканые сувениры есть у Анпилова, также у Жириновского и других депутатов Думы.

— А где закупаете пряжу?

— Пряжу мы закупаем в Москве и Петербурге. Предприятие ООО «Мех Оретекс» в Орехово-Зуеве поставляет нам хлопчатобумажную пряжу, Московская шерстопрядильная фабрика поставляет льняную, шерстяную пряжу. Упаковку заказываем в Иваново и в Казани.

— Вы рассказывали, что ездили во Францию. Какое отношение там к такой продукции?

— Во-первых, эта поездка нам запомнится как посещение страны. Это была совместная выставка Татарстана и Петербурга. С нами были и артисты: танцоры, баянисты. Были представлены все промыслы России. Интерес к выставке был большой. Все дни шел поток посетителей: и взрослые, и дети. У нас посещаемость таких выставок, конечно, меньше. Все школьники целыми классами посещали выставку и брали мастер-классы по поделкам и рисованию. Все говорили tres jolie (с фр. очень красиво — прим. авт.), они понимают в этом толк.

— На какую сумму вы продали продукцию во Франции?

— Это было в 2002 году. Выручка составила тогда 2,5 тысячи долларов. Кстати, в основном французы расплачивались чеками, которые в конце поездки мы сдавали в банк и получали наличные.

РУСТАМ НУРГАЛИЕВИЧ ПОДАРИЛ НАМ «ГАЗЕЛЬ»

— Принимаете ли участие в государственных программах по поддержке народных промыслов.

— В 2009 году разработали два бизнес-плана и получили 600 тысяч рублей на оборудование: закупили вышивальную и швейные машины, которые очень помогают нам работать.

— Ведомство, которым руководит Нури Мустафаев, помогает вам чем-то?

— Нури Амдиевич возглавляет ассоциацию народных промыслов Татарстана, куда мы и входим. У нас периодически бывают совещания, совместное участие в выставках, фестивалях. Министерство оплачивает основные выставки, поездки на Сабантуи. Наши изделия проходят экспертизу в художественном совете и получают статус изделия народного промысла. С каждым годом помощь со стороны республики растет. Хотелось бы больше внимания со стороны министерства промышленности. Ведь имея такие крупные предприятия и бюджетные организации, у нас нет стабильных заказов по швейному производству. Участвуем в тендерах по госзакупкам, но цены так снижаются, что на них и сырья не купишь. Видимо, те, кто выигрывает, составляют дополнительные договоры и получают заказ.

— А какие вопросы они решают?

— Взять, например, фестиваль «Ладья» в Москве. Одно дело, если аренду помогает оплачивать республика, другое — оплачивать ее самостоятельно. Также на выставках есть регистрационный взнос, когда мы выходим как ассоциация, он распределяется между всеми предприятиями. Получается дешевле. Мы объединяемся с Алсу Зубковой из «Презента» или Мариной Абдуллиной из «Богемы», вместе платим за бензин, вместе снимаем квартиру. Ассоциация может на нас автобус нанять. Раньше и этого не было.

Почему-то сейчас легкая промышленность забыта. Сельхозспециалистов в «Корстоне» угощают, для газовиков проводят концерты. Для здравоохранения тоже по Первому каналу концерты проводят. А что есть для легкой промышленности? Нет ничего. Забыли нас. Престижа рабочей профессии нет.

— Вы сказали, что Рустам Минниханов узнает вашу фабрику...

— Наша фабрика узнаваема, ведь мы в республике единственная такая фабрика. Рустам Нургалиевич подарил нам «Газель» на 85-летие фабрики для поездок по выставкам и Сабантуям, за что мы ему очень благодарны. Минтимер Шарипович тоже нас узнает. Сакина ханум (супруга Минтимера Шаймиева — прим.авт.) покупала наши изделия.

«ШВЕЙНЫЙ ЦЕХ СТАБИЛЬНО ОТШИВАЕТ 3 ТЫСЯЧИ РУБАШЕК В МЕСЯЦ, А ТКАЦКИЙ ЦЕХ НЕ ВСЕГДА ОБЕСПЕЧЕН ЗАКАЗАМИ»

— Ткачество не приносит больших прибылей. Поэтому вы завели швейный цех?

— Швейный цех относительно молодой, ему чуть больше 20 лет. Сначала закупили б/у оборудование и начали обшивать спецодеждой предприятия района. Затем шили спецодежду для Альметьевского трубного завода, ОАО «Татнефтепром», ОАО «Алексеевская керамика» и других предприятий. Освоили пошив мужских сорочек для военных и охранных структур, чем теперь и занимаемся. Заказы на пошив нам дает предприятие ООО «Магеллан» из Уфы, самостоятельно заказ получить не удается, так как у нас объемы небольшие, 3 -3,5 тысячи рубашек в месяц.

— Какую долю прибыли приносит ткацкий цех, какую — швейный? Получается, что швейный цех содержит ткацкий?

— Я бы так не сказала. Швейный цех стабильно отшивает 3 тысячи рубашек в месяц. А ткацкий цех не всегда обеспечен заказами. Сейчас, например, на нашем складе накопилось продукции на 2 миллиона рублей. В месяц ткацкий цех выпускает продукцию на 500 тысяч рублей. Есть определенные трудности в сбыте продукции. Но надеемся, летом наша продукция найдет своего покупателя.

— Если разделить годовую выручку, то какая доля приходится на ткацкий цех, какая — на швейный?

— Почти поровну.

— Поровну? Все-таки у вас 20 швей и только 10 ткачих.

— Это несопоставимые две вещи. В ткацком и сырье, и трудозатраты. А в швейном у нас только услуги, поэтому они одинаковые. Мы же не знаем, почем купили ткань для рубашек, которые мы шьем, мы их не включаем в товарную продукцию. Мы просто услуги оказываем, только пошив.

— Рубашки на какие суммы отшиваете?

В месяц мы отшиваем 3 тысячи рубашек на 400 тысяч рублей. Это немного, конечно. Нам платят только за раскрой и пошив. Ткань, нитки и пуговицы нам поставляет заказчик.

«Швейный цех стабильно отшивает 3 тысячи рубашек в месяц. А ткацкий цех не всегда обеспечен заказами»

— В те дни, когда у вас уже сделано достаточно продукции, вы не вызываете ткачих на работу?

— Ткачихи работают каждый день. Если по количеству наборов у нас происходит затоваренность, то переключаемся на изготовление ткани для пошива рубах, сарафанов, платьев. Так пытаемся регулировать ситуацию на складе. В мае будет фольклорный праздник «Каравон» в Лаишево, Сабантуи. Надеемся, что продажи обязательно будут! Не сегодня, так завтра эта продукция уйдет. Благодаря администрации Алексеевского района, ее содействию на всех районных мероприятиях, будь то 9 Мая, Сабантуй и другие, всегда гостям презентуют наши сувенирные наборы. В год благодаря такой помощи реализуем тканых изделий на 2 миллиона рублей.

— Может быть, стоит забросить такую идею и в другие районные администрации?

— Мы рассылаем коммерческие предложения во все районы.

— Самый крупный ваш заказ?

— Самые крупные заказы на 400 - 500 тысяч рублей нам делали ОАО «Татнефть» при Тахаутдинове, Фардиев из «Татэнерго», Зиля Валеева, комитет женщин, Марат Ахметов. Они все равнозначные.

Какой у вас была годовая выручка в 2013 году?

— Всего 17 миллионов рублей. Выпуск товарной продукции составил 11 миллионов рублей. Остальные доходы принесли сдача площадей в аренду, кафе и парикмахерская.

— Какова рентабельность у ткацкого и швейного цехов?

— Рентабельность невысокая, где-то 10 процентов.

— Как обновляется ассортимент?

— Основной ассортимент остается, изучаем и внедряем новые узоры, разрабатываем тканую одежду.

— Одежду давно начали выпускать?

— Года три-четыре назад. Начали с рубах, надо ведь меняться и следить за тем, что хорошо берут. В «Каравоне» у нас хорошо рубахи раскупают, сарафаны. Сейчас мы взяли технолога ткацкого цеха, она нам будет разрабатывать платья. У нее, гляжу, и вкус есть. Мы уже примерные образцы нашли.

— Сейчас пошла мода на handmade? Многие мастера на дому делают разные изделия. Они конкурируют с вами?

— В художественном ткачестве вообще конкуренции быть не может, как их можно назвать конкурентами? Я видела на выставках, палантины, например, гобеленовые картины делают, но это не наш профиль. Гобелен на массовый выпуск не поставишь. И там должен быть художественный вкус. Хотя... одно время на фабрике ткали ковры.

«Покупатель меняется, и нам на месте стоять нельзя. Надо придумывать новые узоры и изделия»

«ДО НАС НЕ ДОШЕЛ ТУРИСТ»

— Перепрофилироваться на какую-то более выгодную продукцию не хотите? Промышленные станки у себя поставить?

Все так говорят. Да, можно. Но это уже будет не народный промысел, это уже будет механическое производство. Мы считаем, что изюминка нашей фабрики — народные промыслы, ручное узорное ткачество. И потом, время уже ушло. Недавно я ездила на Чебоксарский ХБК, раньше мы покупали у них пряжу, сейчас на месте комбината ООО-шки организовались, на аренде сидят. Это была огромная ткацкая фабрика, которая ткала промышленным способом, они развалились. В перспективе сохранив ручное ткачество, надо модернизировать швейный цех и стремиться уйти от давальческих заказов.

Вот Дмитрий Крылов по Первому каналу показывал процесс производства. В одной из своих передач он рассказывал про Италию, маленькое производство стеклодувов. Там все это покупают — что надо, что не надо. Почему-то ведь не механизируют, он сидит и дует, а туристы смотрят, фотографируют. У них все окупается. И нас бы тоже смотрели. До нас не дошел турист, или мы не там находимся...

— У вас не очень удачное расположение. Кто поедет в Алексеевск ради одной фабрики?

— В Билярск, в Болгар через нас можно ездить. У нас на первом этаже уже есть кафе, художественный салон. Мы бы предоставили гида, нарядили в тканые одежды, он бы все рассказал, показал. У нас же и история есть — предприятие столетнее.

— С турфирмами не пробовали договариваться?

— В августе 2013 года в нашем районе, в частности на нашей фабрике, находились эксперты международной консалтинговой копании Kohl&Partner. Они анализируют перспективы развития туризма в районе. Мы провели им экскурсию по предприятию, показали весь процесс изготовления изделий, но это пока только предварительные исследования и разработки туристических маршрутов в нашей республике.

— Как с оборудованием у вас дела обстоят?

— Более или менее. Хотелось бы кое-что купить, например крутильную машинку. Сейчас мы покупаем готовую крученую пряжу, она в 2 раза дороже, чем одинарная. Мы бы сами крутили ее и экономили. Но эта машина стоит полмиллиона, мы ее сами не осилим. Одинарной нитью ткать невозможно. Она подходит только для промышленных станков. Для ручных — не подходит.

— Сколько лет вашим станкам? Самый первый сохранился?

— Станки до того старые, что они уже как кость затвердели. Им лет 50 точно есть. У нас в свое время были два столяра Марусины, они эти станки обновляли. Сейчас если некоторые детали раскалываются, ткачихи сами их меняют.

— Сколько станков сейчас у вас в запасе?

— Станков 15 - 20 есть.

— Я заходила на ваш сайт, чтобы посмотреть фотографии, но он не работает.

— Да, у нас сейчас сайт не работает. Вот такого качества нам сделали сайт. Взяли 30 тысяч рублей, а сайт не сделали. Мы сейчас хотим обновить его.

«Заказы на пошив нам дает предприятие ООО «Магеллан» из Уфы, самостоятельно заказ получить не удается, так как у нас объемы небольшие»

«У НАС ДАЖЕ ЕСТЬ ДИНАСТИИ, СУММАРНЫЙ СТАЖ КОТОРЫХ ОКОЛО 200 ЛЕТ»

— Сотрудников сколько сейчас на фабрике?

— Сейчас на фабрике 60 человек, это вместе с парикмахерами. Средний возраст ткачих более 50 лет.

— Молодые ткачихи не идут работать?

— Пока, к сожалению, нет.

— Никакого специального образования не нужно?

— Испокон веков фабрика была своеобразным трамплином. У нас на фабрике кто только не работал. У кого сестра, у кого сноха, у кого мама — все прошли через фабрику. Девушка, например, не поступила в институт, что делать целый год? Вот она идет на фабрику. Две недели, и она уже ткачиха. Сначала делает простые изделия — дорожки те же самые, потом рушники, салфетки. Многие жители поселка начинали с фабрики. У нас даже есть династии, суммарный стаж которых около 200 лет.

— Зарплата у сотрудниц какая?

— В пределах 10 тысяч рублей. У них сдельная оплата, все зависит от расценок на сотканные изделия и количества выпущенной продукции. На каждый рушник своя расценка.

«МЫ КАФЕ ПОСТРОИЛИ КАК ДИЛЕТАНТЫ, А КОРМИТЬ ЛЮДЕЙ НЕ УМЕЕМ»

— Как вы открыли кафе?

— У нас тут были свободные помещения, и мы решили открыть кафе для рабочих. Дизайн разрабатывала моя знакомая дизайнер Лена Валеева. Сейчас и молодежь заходит, можем в любое время гостя накормить. Когда уже сделали ремонт, я поехала в ателье «Ирен», там Анатолий Владимирович Журавлев, мы с ними сотрудничаем. Я ему рассказываю: вот кафе открыли, кредит взяли, но не умеем готовить. Столовских людей набрали, знаем, как кашу варить, борщ, а как приготовить для клиента блюдо за 15 - 20 минут, не знаем. Он говорит: вся Казань, когда организовывает рестораны, нанимает шеф-повара, он учит сотрудников, меню составляет, потом они начинают работать. Я думаю, кого бы мне пригласить? Один раз мы были в «Корстоне» на выставке, параллельно шла гастрономическая выставка. Один молодой парнишка из ресторана «Парус» дал свою визитку. Я ее привезла, куда-то засунула и забыла. А потом вспомнила — мне же визитку кто-то давал. Я набираю, говорю: Антон, мы кафе построили как дилетанты, а кормить людей не умеем. Он говорит: давайте я к вам приеду, если в Казани берут за эту работу 30 - 35 тысяч, я за 15 тысяч рублей попробую вам что-то создать.

— А что он сделал?

— Он составил меню, научил готовить все блюда. Показал, как формировать порции, обучил поваров, например, как за 15 минут приготовить салат «Цезарь». Вот этому всему научил.

«Сейчас, например, на нашем складе накопилось продукции на 2 миллиона рублей. В месяц ткацкий цех выпускает продукцию на 500 тысяч рублей»

«ПЛАНИРУЕМ ВПЛОТНУЮ РАБОТАТЬ С БОЛГАРОМ И СВИЯЖСКОМ»

— Фабрика как-то развивается? Или у вас другие цели — сохранить все как есть? Скажем, фабрика 10 лет назад и сейчас отличается чем-то?

— Отличается. Когда я пришла, у нас две лошади было. Мы им овес выписывали, сено. Сейчас у нас есть «Газель», до этого был «КАМАЗ». Это то, что касается техники. Если раньше у нас была кругом грязь, сейчас вокруг предприятия асфальт. Крышу перекрыли, здание обшили. Деревянные продуваемые рамы заменили на пластиковые. Фабрика хоть и старушка, мы стараемся, чтобы она моложе выглядела.

— Как дальше планируете развиваться?

— По ткацкому цеху главное — сохранить то, что имеем. Покупатель меняется, и нам на месте стоять нельзя. Надо придумывать новые узоры и изделия. По швейному делу — найти свою нишу. Над этим мы сейчас работаем. Делаем пристрой, чтобы сдавать в аренду больше площадей. Теплицу хотим сделать, чтобы зелень для кафе выращивать. Хотелось бы привлечь туристов — или нам подъехать к туристам, или чтобы турист к нам пришел. Планируем вплотную работать с Болгаром и Свияжском. Технолога взяли, планируем запускать выпуск новых платьев для разных возрастов.

— Кризис 2008 года как-то на вас отразился? Сейчас чувствуете замедление темпов роста экономики?

— Кризис? Мы из него никогда и не выходим. После кризиса 2008 года, когда совсем не было заказов, нас из фонда занятости на общественные работы отправляли. Люди полдня у нас на фабрике работали, полдня на общественных работах, фонд занятости за половину рабочего дня выплачивал нам пособия. Это нам помогло удержаться. Полгода где-то мы в таком режиме работали.

— Никого не сокращали?

— Нет, мы сохранили сотрудников.

— С какими рисками сталкиваетесь?

— В некотором смысле мы защищены от рисков. Мы маленькие. Если большие предприятия потеряют заказы, они мгновенно рухнут. И еще мы многопрофильные. То по ткацкому производству получим хороший заказ, то по швейному, парикмахерская прибыльно работает, аренда выручает.

«В некотором смысле мы защищены от рисков. Мы маленькие»

«ПОТОМ РУКОВОДИТЕЛЬ ЗАБОЛЕЛ, ОН УШЕЛ, ЗАМЕНИТЬ ЕГО НЕКОМУ»

— Когда вы возглавили предприятие?

— В 1999 году, директором работаю уже 15 лет. Я сама из Муслюмово, казанский сельхозинститут закончила, потом приехала сюда по направлению. Сначала в сельхоуправлении поработала, потом сюда, на фабрику, пришла главным бухгалтером. Потом руководитель заболел, он ушел, заменить его некому. С высшим образованием я одна была на фабрике, и вот поставили. Сначала как и.о., а потом утвердили. Так и осталась, по воле судьбы, не потому что мне очень хотелось.

— А муж как относится к тому, что у него жена руководитель?

— Положительно.

— Чем он занимается?

— Он председатель Контрольно-счетной палаты Алексеевского района. У нас двое детей, оба закончили Казанский финансово-экономический институт.

— То, что вы женщина-руководитель, помогает или мешает?

— Женщина или мужчина, наверное, особой разницы нет. Просто надо любить свою работу и людей.

— Какое у вас хобби?

— Мы с мужем катаемся на лыжах. Любим грибы собирать, у нас хозяйство свое, сад, кур держим. Вечерами я читаю книги и журналы, Горького перечитываю, произведения Хасана Туфана люблю. У меня два внука, люблю с ними проводить время.

— Ну и наш традиционный вопрос — три секрета успешного бизнеса.

— Для меня самое приоритетное — это порядочность. Я уважаю таких руководителей, которые держат свое слово. Некоторые руководители даже после предварительной договоренности не выполняют обещанного. А вот работал у нас в районе руководитель колхоза имени Ленина Левин Алексей Яковлевич, это руководитель с большой буквы. Если уж он пообещает что-то, то все всегда будет выполнено в лучшем виде. Он для меня является примером. Важно любить свою работу, идти в ногу со временем, уважать людей, с кем работаешь, не задирать нос — с некоторыми сотрудниками я уже 27 лет работаю. Ну и бережливость.

ООО «Алексеевская фабрика художественного ткачества»

Сфера деятельности: легкая промышленность, народные промыслы.

Год основания: 1927 год.

Штат: 60 человек.

Средняя заработная плата: 10 - 12 тыс. рублей.

Годовая выручка: 17 млн. рублей.

Основные владельцы: Фирая Сергеева (40%), Наталья Гордеева (30%), Рафгат Мифтахов (30%).

Фирая Мирзаяновна Сергеева

Родилась 22 апреля 1961 года.

Окончила Казанский сельскохозяйственный институт по специальности «экономист-организатор» в 1983 году.

1987 год — экономист сельхозуправления поселка городского типа Алексеевское.

1987 год — главный бухгалтер Алексеевской фабрики художественного ткачества.

1999 год — директор ОАО «Алексеевская фабрика художественного ткачества».

В 2001 году присвоено звание «Заслуженный работник легкой промышленности РТ», имеет медаль «1000-летие г. Казани», присвоено звание «Мастер народных художественных промыслов», депутат районного совета.


Возврат к списку